«Проблема в том, что государство пока не видит экономических выгод в сохранении естественных экосистем»…

Максим Ермохин
ведущий научный сотрудник Института экспериментальной ботаники НАН РБ
6 2659 27 июн 2013

— Несмотря на то, что Закон об особо охраняемых природных территориях при создании заказника ограничивает использование его природных ресурсов, на практике мы наблюдаем порой кардинально иную картину. Скажем, для сохранения уникальных растительных сообществ на заболоченной местности создается ООПТ. В ее положении, которое согласуется с землепользователями, прописывается, что добывать полезные ископаемые, в том числе торф, там нельзя. И вдруг близлежащее торфодобывающее предприятие, у которого подходит к концу сырьевая база, решает освоить месторождение на охраняемой территории. Сначала он забирает один кусок земли от заказника, через 5 лет — второй. В итоге спустя 15-20 лет приходим к тому, что ценные экосистемы, ради которых создавалась природоохранная территория, исчезают. Подобная ситуация складывается сейчас в отношении нашумевшего ландшафтного заказника «Ветеревичский», «Озеры», «Выгонощанское», «Докудовский», «Морочно». Изначально в их положениях был установлен запрет на добычу торфа. И, создавая заказники, прописывая их границы и режим охраны, мы предполагали, что сохраняем их природные богатства навсегда. Но потом оказалось, что стране резко понадобился торф, выходит постановление №794, которое требует оптимизировать систему особо охраняемых природных территорий и разрешить на некоторых из них торфодобычу. Интересно получается: одной рукой мы пишем в обосновании заказника запрет на освоение месторождения, а другой — если нужен торф, пожалуйста, можно вырезать участки из состава ООПТ. Налицо нарушение природоохранного законодательства.

Другой вопрос, как было принято это постановление. Оно учитывает только экономическую точку зрения, не беря во внимание экологический аспект. Документ согласовали Минприроды и Академия наук в лице Института природопользования. Однако любое правительственное решение должно приниматься как с позиции ученых, ратующих за торфодобычу, так и тех, кто выступает за сохранение биоразнообразия. Только в таком случае оно будет взвешенным и обоснованным.

На мой взгляд, если сделали бы оценку с учетом не только экономических, но и экологических, и социальных аспектов, положение дел было бы другим. Да, вероятно, на каких-то территориях и можно добывать торф. Скажем, там, где нарушена экосистема, или там, где разработка полезного ископаемого нанесла бы минимальный ущерб окружающей среде. Мы ведь понимаем, что предприятия должны функционировать, и в одночасье их закрыть — неправильно. Но вот принять позицию, что на болоте нам нужен только торф, а все остальное — растительность, птицы, звери — нет, мы не можем. Проблема в том, что зачастую все вопросы решаются не во благо природы. Государство не видит экономических выгод для себя в сохранении естественных экосистем.

Конечно, ситуация во многом переломилась бы, сумей мы экономически обосновать необходимость сохранения в целостности водно-болотных заказников. Тот ТКП по оценке экосистемных услуг, что подготовил БелНИЦ «Экология», хоть и содержит много неточностей, за неимением лучшего вполне можно было бы использовать. Кстати, описанную в нем методику расчета апробировали как раз на заказнике «Ветеревичский». Насчитали, что стоимостная оценка экосистем участка, на котором планируется добыча торфа, составляет более 10 млрд руб. в год. Но загвоздка в том, что эти доходы получаются как бы виртуальными. То есть, если добывая торф, мы сразу имеем отдачу в виде денег, занятости людей на производстве и т.д., то эффект от экосистемных услуг витает в воздухе. А материальные блага государству нужны сейчас, а не в отдаленной перспективе. Хотя, если сосчитать запасы клюквы на болоте и учесть, что собирает их местное население, налицо явный социальный аспект, который не брался во внимание при принятии постановления №794. Но опять же все это очень сложно оценить в денежном выражении. И пока не будет сделана такая оценка, не будет компромисса. Всегда найдется тот, кто захочет какую-то лакомую территорию прибрать к рукам, даже в обход законодательства.

В свое время, когда мы готовили предыдущую схему размещения ООПТ, острые дебаты за отвод земель разворачивались с Министерством лесного хозяйства, поскольку большая часть территорий находилась в его управлении. Борьба шла за доступ в заказники для заготовки древесины. И мы искали пути, как оптимизировать систему особо охраняемых природных территорий так, чтобы в суходольных лесах разрешить рубки, а на труднодоступных, заболоченных и избыточно увлажненных участках создать ООПТ. И, надо сказать, договориться на компромиссное для всех решение было хоть и сложно, но возможно.

Сейчас же ситуация с 8 фигурирующими в постановлении №794 заказниками повисла. Для того, чтобы юридически все было правильно, местные исполкомы должны иметь научное заключение о том, что данные экосистемы не представляют природоохранной ценности, участки можно вывести из состава ООПТ и на них разрешается добыча торфа. Только имея на руках такой документ, земельные службы вправе производить отвод земель. Но если на территории заказника растут редкие, исчезающие виды растений, занесенные в Красную книгу, которая обладает силой закона, на протяжении сотен лет формировались уникальные растительные сообщества, то обосновать с научной точки зрения необходимость изъятия этого участка мы не можем. Что и случилось на примере «Ветеревичского», где под торфодобычу хотят отвести 200 га. Учитывая, что глубина торфа на этой площадке около 4 м, естественно, произойдет подсушение всей остальной площади заказника. Самое простое, что случится — погибнут реликтовые растительные сообщества, пропадет клюква, и начнут полыхать торфяные пожары. Особо охраняемой природной территории наступит конец.

Схожая картина вырисовывается и в отношении ландшафтного заказника «Озеры». Он создавался ради сохранения разнообразных экосистем. Поэтому территория останется, но болотные массивы, которые являются неотъемлемым элементом природно-территориального комплекса заказника, исчезнут.

Разумеется, в отдельных случаях, когда, проведя обследование, мы видим, что на участке, который хочет изъять торфопредприятие, еще 40 лет назад был нарушен гидрологический режим, растительность трансформирована, отсутствуют редкие виды растений и животных, особо ценные экосистемы, тогда да, там можно изменить границы заказника, прописать компенсационные мероприятия и разрешить освоение. Однако такие исследования обязаны осуществляться до принятия каких-либо постановлений о добыче торфа на ООПТ. И инициировать их должно Минприроды.

Конечно, исполком может своим волевым решением и обоснованием острой экономической необходимости разрешить отвод земель. Но даже в таком случае должна быть сделана комплексная экологическая оценка. Торфозавод же в свою очередь обязан доказать эффективность торфодобычи. Если это будет абсолютно не выгодно, то зачем разводить сыр-бор?

Однако во всех этих прениях мы забываем о том, что торф — ограниченный ресурс. И уничтожать ценные экосистемы ради того, чтобы ненадолго продлить срок жизни торфопредприятию, которое уже сегодня пора переориентировать, мне кажется верхом недальновидности. Как бы избито не прозвучало, но мы должны думать о том, что оставим потомкам в результате нашей хозяйственной деятельности...

Комментарии пользователей (6)
Оставьте ваш комментарий первым
Игорь Пастухов    28 июня 2013 в 15:46
0
0
На удивление немцам, полякам и остальным европейцам вы как и я не отождествляем "государство" с народом. "Государство не видит экономических выгод..." и т.п., как звучит то . Везде в подтексте и подсознании нашего человека государство это не все мы, это куча управленцев -Государство. А народ при нём, пардон,при них, обслуживающий персонал. Поэтому, то что видит народ, это не "государственный взгляд" на вещи. Государственный, это когда греет ж...у прямо сейчас, а не для будущего поколения  и будущих государевых управленцев.Увы. Не так ли на самом деле выглядит неприкосаемая но узнаваемая государственная  "пятая колонна".Узнаёте?
dregovich-holub    28 июня 2013 в 22:56
0
0
Верно подмечено! Государство у нас фактически отождествояется с начальством, причём люди САМИ это делают, никто их особо не принуждает. Наверное, людьми движет какой-то шкурный интерес: лизнул мимоходом начальство - глядишь, кулёк пряников тебе отвесят из т.н. государственных закромов. Нечто подобное происходило во время известных опытов академика Павлова на собаках, с образованием каких-то рефлексов и рефлекторной дуги.
Валерий Мосейкин    29 июня 2013 в 18:43
0
0
Думается, не совсем правильно противопостовлять экономические и экологические интересы государства и общества - это две части единого целого. Никто из нас не защищает интересы природы (тем более, что сама природа никого из нас на это не уполномачивала). На самом деле мы защищает интересы не природы, а ЛЮДЕЙ, которые хотели бы видеть природу такой, какой хотим ее видеть лично мы. И чем больше людей за плечами у каждого, тем весомее и убедительнее его аргументы. Таким образом, в непонимании или в отсутствии поддержки со стороны общества и государства следует винить не государство и общество, а недостаточность или неубедительность, а иногда и ошибочность собственных аргументов. Так, аргументы экологов о важности и о необходимости защиты угодий от дикого туризма и браконьеров государство и общество (налогоплательщики) находят вполне убедительными, поручая экологам создавать ООПТ...  
С экосистемами тоже не все просто...  Наши сегодняшние заповедники консервируют современное, резко обедненное состояние среды, выдавая его за некий эталон. Тогда, как на самом деле все эти "эталоны", за немногими исключениями, являются продуктом глобального антропогенного разрушения естественных экосистем, продолжающегося на протяжении столетий и тысячелетий. Дремучие лесные чащобы (пуща) - тоже результат антропогенного вмешательства и почти полного уничтожения ландшафтообразующих растительноядных животных, т.н. видов-инженеров - тех же зубров, лосей, оленей, диких лошадей тарпанов, туров (в память о которых остался лишь Туров луг), бобров и т.п..   Ну и крупных хищников, конечно... Причем, не только медведей, еще князь Владимир Красное Солнышко успел поохотился под Киевом на льва... (описанного в летописяьх, как "лютый зверь"). Последние львы, кстати, на территории нынешнего СНГ были уничтожены лишь в средние века на границах Грузии и Азербайджана. 
Недавно пришлось общаться с Игорем Шпиленком, совершающим эпохальное трехлетнее путешествие по российским заповедникам  (от Брянского до Кроноцкого и обратно) - в честь столетия заповедной системы России. И он рассказал мне занятную историю о том, как когда-то задал участникам брянского партизанского движения "дурацкий" вопрос: Зачем партизанам нужно было отнимать продукты у местных жителей вместо того, что бы просто подстрелить в лесу кабанчика или лося? В ответ бывшие партизаны вытаращили глаза: - какие кабанчики, какие лоси!? НИКАКИХ (!) диких копытных на Брянщине ни до войны, ни во время войны не было и в помине! Почти вся современная промысловая отечественная фауна сконструирована и создана после войны руками людей, многие из которых живы и по сей день. Но спросите любого местного жителя и он выразит убежденность в том, что лоси, кабаны, косули, олени, лани, бобры и пр. жили здесь ВСЕГДА! И что все они - неотъемлимая часть местных ЕСТЕСТВЕННЫХ экосистем. Также считают и сотрудники нынешних ООПТ... Увы, коротка человеческая память на все хорошее...
Современные африканские национальные парки очень многие люди и даже специалисты-экологи, считают эталонами дикой природы. И отчасти это действительно так. Но одновременно многие из этих парков являются проектами. Миллионы экотуристов желают видеть и покупать "дикую природу" в определенном образе за что готовы хорошо платить. И местные специалисты по заданию государства и общества подчас с нуля создают (или воссоздают!) природу в том виде, в каком ее желают видеть современные потребители  - с богатыми экосистемами, высоким биоразнообразием и с комфортными и безопасными условиями для самих людей и руководствуясь, прежде всего, экономическими и экологическими интересами государства и общества.
Юрий Малец    30 июня 2013 в 15:36
0
0
«Проблема в том, что государство пока не видит экономических выгод в сохранении естественных экосистем»…
 А можно и так: "проблема в том, что госструктуры недостаточно компетентны, чтобы делать комплексную оценку естественных экосистем"…  Госструктуры нужно адаптировать или на помощь придут общественные организации? А они есть? Свидетельством «апатии» общества может служить вялая компания по защите болот. Вначале нужно решать проблему апатии общества к защите экосистем… Тогда даже чих будет служить поводом для запрета вмешательства. А пока мнение общества даже во внимание не принимается…
Меня радует, например, что южная часть нацпарка Припятский видится непоколебимой и уход есть. Но беспокоит план осушения огромного по площади болота Олохово, которое примыкает к нацпарку. Если болото Олохово будет осушено, то о нетронутости, первозданности всего нацпарка можно забыть. И даже пойменные дубравы на фоне торфяных разработок будут совсем иными.
Игорь Пастухов    1 июля 2013 в 12:55
0
0
Действительно чтобы вылечить общественную"АПАТИЮ" нужна связь аппатичного общества с независимыми экологическими организациями. Да ктож позволит сею внебрачную связь, государство, то бишь часть управленцев? Но если сегодня они это допустят, то завтра переставшее быть аппатичным и немного свободным общество, начнёт думать вперёд , но перестанет голосовать шкваркой -чаркой. Тогда после завтра нынее здравствующие государством управляющие прихлебатели остануться не у дел. А того глядишь и "прижмут".Им это надо? Конечно же нет. Поэтому, сохраняя себя и суют палки в колёса тем экологам которые опасны для их государственного строя. Это и слежки за экологами и  аресты(Тани  Новиковой , Ирины Сухий, Андрея Ажаровского) и т.д. и т.п. Потому что в определённый момент человек занимаясь экологией,НЕИЗБЕЖНО столкнётся с политикой как бы он не хотел этого избежать.Потому что узреет, что главный враг Белорусской Природы это ... увы , государство( точнее управляющий персонал в некоторых узнаваемых лицах).
А названное болото Олохово, попало под раздачу с чьей подачи? В любом случаи, "замечательный" охотник- фотоохотник, удачливый арендатор Припяти и добрый уничтожитель вековых дубрав, человек года( кажется 2010) и слова не кажет против аниэкологичного проекта. А ктож первым тогда должен заступиться за свой ООПТ как не директор? А зачем, когда за...а в "тепле", а  у подчинённых гарантированные шкварка- чарка?
snake     10 июля 2013 в 1:07
0
0
 Где-то болота осушают, где-то технопарки хотят воздвигнуть, повсюду "мозаичные" вырубки и т.п.
Не развивая инновационные технологии и не задумываясь о долгосрочных перспективах, да это
не сразу даст эффект, надо думать , учиться , - всё сводится к банально простому "побыстрее срубить бабла" 
распродавая направо и налево кому попало и уничтожая  самое драгоценное - Природу. А потом что?
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.