Своя гора не означает богатство. Интервью с исследовательницей лесов из Южной Кореи

0 272 4 Фев 2020

Учёная из Южной Кореи Ан Хэндин занимается прикладными исследованиями для лесного хозяйства в Южной Корее. Ей около 35 лет, и за это время Ан успела поучиться не только дома, но и в США, получив научную степень.

Она является научной сотрудницей в Корейском сельском экономическом институте (KREI) в городе Наджу. Текущий проект исследовательницы посвящён торговле древесиной и вещами из дерева на международном рынке, а также её численному анализу, Ан также занималась исследованием лесного туризма.

Сейчас она не любит ходить по городу из-за загрязнённого воздуха, а в лесу чувствует себя как дома. Но когда-то всё было иначе.

Лес для меня – это дом

Раньше мне всегда нравился город, супермаркеты, толпы людей на улице. Но, начав изучать леса, я по-настоящему полюбила их. Теперь я чувствую себя в лесу как дома, с мамой, и это восхитительно.

 Фото – pikrepo.com

 Фото – pikrepo.com

Если ты изучаешь фермерство – мне кажется, в любой стране мира ты увидишь примерно одно и то же. Но совсем иначе, когда ты изучаешь леса.

У меня была возможность побывать в лесах многих стран – это часть моей работы. Я была в Коста-Рике три года назад, в этой стране, известной своим лесным сельским хозяйством в гористых районах. Коровы едят траву в горах и гуляют, где хотят. Это невероятно красиво! Я побывала также в одной стране с тропическими лесами – в Малайзии.

В корейском лесу сложно испугаться

Лично мне кажется, что лес в Корее не настолько красивый, как в других странах. Деревья очень маленькие – нет, не пять метров в высоту, скорее два или около. Немного напоминает сад.

Наши деревья не такие, как европейские – не прямые, а очень извилистые. Нельзя также сказать, что там множество разных пород. Во время активного восстановления леса, после Корейской войны, высаживали определённые виды деревьев, например, корейские кедры (Pínus koraiénsis) или шикакай (Acacia concinna). Они быстро растут, а целью тогда было побыстрее озеленить горы, никто особо не заботился о ландшафте и биоразнообразии.

Но мне нравится суть наших лесов – они очень дружелюбные, там сложно испугаться. Это не то же самое, что гулять среди огромных прямых деревьев.

Можно ли увидеть животных, гуляя по лесу? Их не так много и они не самые крупные. Хотя когда-то, вероятно, можно было встретить тигров и волков – лет 200 назад. Но сейчас это бывает гораздо реже, проще увидеть птиц или змей, например.

Экотропа в Корейском национальном дендрарии

Экотропа в Корейском национальном дендрарии

Для нас лес и горы – это одно и то же

Люди любят леса, им нравится взбираться в горы. Леса для нас означают горы: большая часть наших лесов находится в горах. Хотя я знаю, что в Европе они часто на равнинных территориях. Но у нас горы занимают около 70% территории (площадь страны около 100 400 км2 , по данным Всемирного банка – ред).

Леса занимают примерно 60% земель – это очень много, больше половины (63,4% по данным Всемирного банка, или около 6 265 000 га. В Беларуси почти 40% – ред).

Но вообще-то ещё 50 лет назад, после Корейской войны, их не было так много. Правительство сильно стимулировало выращивание деревьев, и мы в этом, можно сказать, преуспели. Сейчас горы в [Южной] Корее зелёные, и у меня это вызывает гордость.

Около 50% лесов Южной Кореи было уничтожено в 1910-1945 годах во время японской оккупации, и ещё часть – во время Корейской войны в 1950-1953 годах. В итоге было повреждено около 80% деревьев, пишет Хиллари Элисон из Всемирного центра мониторинга охраны окружающей среды ООН.
Сейчас она называет Южную Корею самым впечатляющим примером лесовосстановления. Южная Корея играет важную роль в продвижении глобального восстановления лесов и деградированных лесных угодий, считает представительница ООН (ред).


В 1970-х годах, перед восстановлением, и через 20 лет после. Фото – Корейская лесная служба.

В 1970-х годах, перед восстановлением, и через 20 лет после. Фото – Корейская лесная служба.

У тебя есть гора, зачем тебе субсидии?

Сейчас у нас строгое законодательство для защиты леса, и большинство людей согласны с этим. Возможно, им не нравится идея вырубать деревья и делать деревянную продукцию, не знаю.

Как работает строгая защита? Например, у тебя может быть свой собственный, частный лес, в котором ты не имеешь права спилить дерево. Для этого нужно получить разрешение у государства, указав площадь и объём вырубки.

Зато в своём собственном лесу ты можешь, ну…(смеётся) Развивать туризм: кемпинги, места рекреации. Вообще-то продажа древесины в [Южной] Корее не приносит больших денег.

Для молодых людей лес – не та вещь, которая даёт реализовать амбиции и приносит высокий доход. Многие получили леса в наследство, но не слишком о них заботятся и вообще продали бы.

Поэтому главный вызов для корейских лесов сейчас – экологические платежи для владельцев лесов, что-то вроде субсидий.  Дело в том, что страна значительно субсидирует фермерство и сельское хозяйство, но гораздо меньше – лесное хозяйство.

Тем не менее, в 2013 году леса приносили стране 9% ВВП, пишет Хиллари Элисон, ссылаясь на данные Корейской лесной службы (ред).


Многие владельцы лесов очень недовольны этим и хотели бы поддержки от государства – что-то вроде признания своих усилий по уходу за лесом, приносящим столько пользы стране. Но не уверена, что эти ожидания оправдаются.

Почему? Жители страны представляют себе тех, кто занимается сельским или лесным хозяйством, как старых, бедных фермеров, нуждающихся в поддержке. Но если у кого-то есть своя собственная гора – все уверены, что он богат. Зачем ему субсидии?

Фото – Томас Кинг, Unsplash

Фото – Томас Кинг, Unsplash

Часть лесов – платная

Я также занимаюсь вопросами, связанными с лесным туризмом, исследую оплату посещения дикой природы (хотя нам неизвестна точно её стоимость). Да, я имею в виду что-то вроде оценки экосистемных услуг – сколько конкретно выгоды мы получаем от экосистем.

Думаю, люди понимают, что выгода – это, например, поглощение углекислого газа (исследование – ред.) или  красивый вид, но вряд ли хотят много за это платить. Исследование посвящено тому, чтобы выяснить, сколько именно они готовы отдать. Мы раздаём опросники, и по итогам опроса назначаем стоимость.

Вообще-то посещение лесов в основном бесплатное, особенно что касается небольших насаждений, лесов в городе или вокруг него. В остальных случаях цена где-то около трёх долларов.

Леса – это как наше общее благо, опен спейс для всех.

Северная Корея и её скалы

У нас часто исследуют аэрофотосъёмку территории Северной Кореи, и я могу сказать: там нет лесов, в горах одни камни. Северная Корея бедна, люди рубят деревья и жгут древесину, чтобы отапливать дома и готовить есть.

Площадь лесов в Северной Корее сократилась с 68 процентов в 1990 году до 42 процентов в 2015 году, согласно данным Всемирного банка. В 2016 году их площадь оценивали в 40,7 процента (ред).


Это удручающий факт: из-за нехватки лесов летом Северная Корея страдает от воды, которая стекает с гор (примерно с середины июня в Корее сезон дождей – ред). Деревья могли бы задержать поток, но не скалы.

Наше правительство, вероятно, хотело бы наладить сотрудничество с правительством Северной Кореи в лесной отрасли. Я слышала о планах наподобие того, чтобы отправить туда кого-то из наших специалистов (например, такие переговоры были в 2018 году – ред). Но думаю, что до их осуществления ещё придётся подождать.

Источник: greenbelarus.info

Комментарии пользователей (0)
Оставьте ваш комментарий первым
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.